Upanishads · Mahānārāyaṇa 34.1
॥
Devanāgarī
आयातु वरदा देवी अक्षरं ब्रह्म संमितम् । गायत्री छन्दसां मातेदं ब्रह्म जुषस्व नः
Transliteration (IAST)
āyātu varadā devī akṣaraṃ brahma saṃmitam | gāyatrī chandasāṃ mātedaṃ brahma juṣasva naḥ
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
आयातु वरदा देवीāyātu varadā devīда придёт богиня, дарующая дары
अक्षरं ब्रह्म संमितम्akṣaraṃ brahma saṃmitamс нетленным Брахманом соразмерная
गायत्री छन्दसां माताgāyatrī chandasāṃ mātāГаятри, мать размеров
इदं ब्रह्म जुषस्व नःidaṃ brahma juṣasva naḥэто священное слово прими у нас
Translation
«Да придёт богиня, дарующая дары, соразмерная нетленному Брахману, — Гаятри, мать стихотворных размеров; это священное слово прими у нас».
Version
57c3f222f1c9 · published Aug 2, 2026, 3:25:30 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Мантра, которою **призывают Гаятри**: её произносят, приступая к ежедневному повторению.
Отметим, как названа Гаятри: ***чхандасам мата***, «**мать размеров**».
Мы читали в восьмой ануваке, что среди метров есть «бык-производитель» (8.1), и говорили, что это она.
Здесь она названа **матерью**.
Вдумайтесь, что стихотворный размер оказался **лицом женского рода**, которое **приходит**, когда его зовут.
***Аяту*** — «**да придёт**».
Отметим, что это не поэтическая вольность, а самое существо ведийского взгляда на слово.
Мантра не «произносится» — она **приходит и уходит**; её встречают и провожают.
В тридцать шестой ануваке мы прочтём мантру, которою её **отпускают**: «иди, богиня, как тебе удобно».
Замечу, что для нас в этом нет ничего странного.
Мы говорим то же самое об имени Господа: оно не звук, которым распоряжаются, а **Он сам**, пришедший на язык, — и потому имя не берут, а **принимают**.
Отметим и глагол в конце: ***джушасва нах***, «**прими у нас**».
Вдумайтесь: призвав её, тут же просят **принять** от нас произносимое.
Человек не столько владеет мантрой, сколько **подносит** её.