सरिगमपधनिससंज्ञैर्वैराग्यबोधकरैः स्वरविशेषैः प्रापञ्चिकपराङ्मुखाइर्हरिकथालापैः स्थावरजङ्गमनामकैर्भगवद्भक्तिविशेषाइर्नरमृगकिंपुरुषामरकिंनरअप्सरोगणान्संमोहयन्नागतं ब्रह्मात्मजं भगवद्भक्तं नारदमवलोक्य
sarigamapadhanisasaṃjñairvairāgyabodhakaraiḥ svaraviśeṣaiḥ prāpañcikaparāṅmukhāirharikathālāpaiḥ sthāvarajaṅgamanāmakairbhagavadbhaktiviśeṣāirnaramṛgakiṃpuruṣāmarakiṃnaraapsarogaṇānsaṃmohayannāgataṃ brahmātmajaṃ bhagavadbhaktaṃ nāradamavalokya
И вот его, сына Брахмы, преданного Господу, — который особыми звуками, именуемыми са, ри, га, ма, па, дха, ни, рождающими бесстрастие, беседами о Хари, отвращающими от мира, и особыми проявлениями преданности Господу, зовущимися неподвижным и движущимся, чарует людей, зверей, кимпурушей, богов, киннаров и сонмы апсар, — увидев пришедшего Нараду...
0941439bd42c · publicado 2 ago 2026, 8:02:09 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Вот описание, ради которого стои́т читать эту книгу медленно.
Сказано, **чем** Нарада приводит к бесстрастию.
Не доводами. Не запретами.
**Семью нотами** — *са, ри, га, ма, па, дха, ни* — и ***хари-катха-алапаи***, «**беседами о Хари**».
Вдумайтесь: звуки прямо названы ***вайрагья-бодха-караих*** — «**рождающими бесстрастие**».
То есть отрешение здесь приходит **через музыку и рассказ о Господе**, а не через сухость.
Это ровно то, что мы говорим всегда, и приятно найти это в книге об отречении **на первой же странице**.
Бхагаватам: «Слушанием и пением о Нём **уничтожается неблагое**... и является преданность» (1.2.17–18). А следом: тогда «**страсть и тьма уже не тревожат**».
Замечу порядок.
Сперва — **сладость**, потом — **бесстрастие**.
А не наоборот.
И последнее слово тут же: ***бхагавад-бхактам*** — Нарада назван «**преданным Господу**».
Отметим это и запомним: всё, что он скажет дальше о санньясе, говорит **преданный**.