एतद्वै सत्येन दानेन तपसाऽनाशकेन ब्रह्मचर्येण निर्वेदनेनानाशकेन षडङ्गेनैव साधयेदेतत्त्रयं वीक्षेत दमं दानं दयामिति न तस्य प्राणा उत्क्रामन्त्यत्रैव समवलीयन्ते ब्रह्मैव सन्ब्रह्माप्येति य एवं वेद
etadvai satyena dānena tapasā'nāśakena brahmacaryeṇa nirvedanenānāśakena ṣaḍaṅgenaiva sādhayedetattrayaṃ vīkṣeta damaṃ dānaṃ dayāmiti na tasya prāṇā utkrāmantyatraiva samavalīyante brahmaiva sanbrahmāpyeti ya evaṃ veda
Этого да достигнет он шестичастным средством — истиной, даянием, подвигом, воздержанием от пищи, целомудрием, отрешённостью. И на это трое да взирает: обуздание, даяние, милосердие. Дыхания его не уходят, но здесь же и растворяются; будучи Брахманом, он в Брахман и входит, — кто так знает.
19186a05d6b8 · опубликовано 29 июл. 2026 г., 04:12:03 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
После двух кханд отрицаний упанишада впервые говорит о том, что делать; и говорит по-хозяйски кратко.
Названы шесть средств: истина, даяние, подвиг, воздержание от пищи, целомудрие, отрешённость. Перечень намеренно смешанный: тут и внутреннее (правдивость, бесстрастие), и совершенно телесное (пост). Упанишада не делит на высокое и низкое: постятся тем же, чем говорят правду.
Затем прибавлено ещё трое, и это второй список, короче первого: dama, dāna, dayā — обуздание, даяние, милосердие. Три слова на один звук, и запоминаются они разом. Знающие Брихадараньяку узнают их: там гром гремит «да-да-да», и толкуется это тою же троицей.
Замечу, что даяние названо дважды — и среди шести, и среди трёх. Из всех добродетелей упанишада выделяет именно её. Отдавать труднее, чем поститься, и проверяется это вернее.
А плод описан оборотом, который стоит понять точно: «дыхания его не уходят, но здесь же и растворяются». В первой адхьяе Каушитаки уходящий шёл путём богов через миры; здесь никакого пути нет. Знающему некуда идти, потому что он уже там: праны не отправляются в дорогу, они растворяются на месте.
И заключение: «будучи Брахманом, он в Брахман и входит». Не «становится Брахманом», а именно «будучи». Вход не есть превращение; это признание того, что было и прежде.