Итак, повторение и прочее в приведённых выше речениях о Нём совершенно явны. И так, намерением шри «Бхагаваты», которую сопровождает сонм писаний — шримад «Гиты», «Гопала-тапани» и прочих, и к чьим стопам склонены сотни всех иных писаний, — показано как на ладони, что шри Кришна есть Сам Бхагаван. А что доносит шри «Бхагавата» именно Его, истолковано и другой пураной: в «Брахманда-пуране», в гимне нектара ста восьми имён шри Кришны, одно из имён шри Кришны — «месяц над океаном нектара речи Шуки».

Теперь, когда доказано, что Он — Маха-Васудева, само собою доказано и то, что шри Баладева и прочие суть Маха-Санкаршана и прочие: каков обликом Сам Бхагаван, таковы должны быть и они. Потому мнение иных, что шри Баларама — нисшествие вхождения, неверно. И видно из описания шри Кришны и Рамы четою, что явлены они равно: «те двое, подтягивая пару стоп, ползали», «что за прошение у двух владык вселенной», «увидел Раму и Кришну», «те двое сияли, выйдя на арену, могучерукие» и далее. И в миру четою описывают солнце с месяцем, а не солнце с Шукрою; потому и в «Хари-вамше», в величии Васудевы, о Раме и Кришне сказано: «как солнце и месяц».

Так же: «Украшающие Врадж стопами, помеченными знаменем, ваджрой, стрекалом и лотосами, великие душою», — признаки Бхагавана слышатся и там, а у Притху и прочих так не бывает. Потому и величие его описывается: «Не диво это при Бхагаване, бесконечном Владыке мира, в ком соткано это вдоль и поперёк, милый, как ткань в нитях». Это — о деянии убиения Дхенуки.