Так же надо толковать и «теперь я долею, частью» и далее: тем обликом, совершенно полным, в котором есть приобщение, вхождение долей. Или: отличаемый приобщением долей. А «обрету» — указание на будущее, с мыслью о явленной игре.

Потому же, подразумевая, что во время Его нисшествия и нисшествия юг — это Он, говорит: «Были ведь у него три цвета, когда он по югам принимал тела: белый, красный и жёлтый; ныне он обрёл черноту».

«У него» — у твоего сына, «принимающего», то есть являющего, по югам «тела» — нисшествия юг и нисшествия игр. Хотя там и там «были» иные три цвета, белый и прочие, всё же всякий, кто был белым, красным и жёлтым, тот «ныне», во время этого нисшествия, «обрёл черноту»: вошёл в этот самый облик Кришны. Что уж говорить о тех, кто был Кришною, — те и есть Он; таков смысл. «Обрёл черноту» значит: вошёл в этого. Потому и из связи речи лучше тот смысл, что «Кришна» — одно Его имя, ибо Он делает чёрным, Сам чёрен и всех влечёт.

И что нисшествием юги двапары был тогда именно шри Кришна, сказано шри Карабхаджаной при почитании нисшествий юг — а не кто-то иной, цвета светлой половины, как в иную двапару: «В двапару Бхагаван — тёмный, в жёлтых одеждах, со своим оружием, отличаемый знаками и признаками — Шриватсой и прочими. Того Человека, несущего признаки великого царя, чтут тогда смертные Ведою и тантрой, желая познать высшее, о царь: „Поклон тебе, Васудеве, поклон Санкаршане, Прадьюмне, Анируддхе, — тебе, Бхагавану, поклон“». Признак того, что это шри Кришна, — и «несущего признаки великого царя», и «Васудеве» с прочим: ведь в «Хари-вамше» сказано о помазании его царём царей, и в Двараке известна четверица.