Упанишады · Annapūrṇā 1.26
॥
Деванагари
व्युत्थितस्य भवत्येषा समाधिस्थस्य चानघ । ज्ञस्य केवलमज्ञस्य न भवत्येव बोधजा । अनानन्दसमानन्दमुग्धमुग्धमुखद्युतिः
Транслитерация (IAST)
vyutthitasya bhavatyeṣā samādhisthasya cānagha | jñasya kevalamajñasya na bhavatyeva bodhajā | anānandasamānandamugdhamugdhamukhadyutiḥ
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
व्युत्थितस्य भवति एषाvyutthitasya bhavati eṣāу вышедшего бывает оно
समाधि-स्थस्य च अनघsamādhi-sthasya ca anaghaи у пребывающего в самадхи, безгрешный
ज्ञस्य केवलम् अ-ज्ञस्यjñasya kevalam a-jñasyaу знающего лишь; у незнающего
न भवति एव बोध-जाna bhavati eva bodha-jāне бывает вовсе рождённого пробуждением
Литературный перевод
«Оно бывает и у вышедшего [из сосредоточения], и у пребывающего в самадхи, безгрешный, — но лишь у знающего; у незнающего рождённого пробуждением не бывает вовсе.
Версия
e640f802d992 · опубликовано 3 авг. 2026 г., 02:37:28 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Второе дельное положение подряд: воззрение это одинаково у вьюттхита, «вышедшего» из сосредоточения, и у самадхи-стха, «пребывающего в нём».
Это и есть настоящая проверка всякого созерцания, и стои́т её запомнить. Что человек чувствует, сидя с закрытыми глазами, никому не ведомо и ничего не доказывает; а вот каков он, когда встал, — видно.
Положение это уже отмечалось (Саньяса 75): глубокая сосредоточенность и дремота различаются трудно, и проверяют не тем, как было хорошо, а тем, что осталось потом.
Здесь сказано сильнее: у настоящего знающего разницы между сидением и хождением нет. Он не входит в состояние и не выходит из него; он в нём живёт.
И оговорка в конце стои́т к месту: у незнающего этого не бывает вовсе. То есть само по себе сидение не даёт ничего: сколько ни сиди, если не знаешь, — встанешь тем же.