Упанишады · Annapūrṇā 4.12
॥
Деванагари
सुखदुःखदशाधीरं साम्यान्न प्रोद्धरन्ति यम् । निश्वासा इव शैलेन्द्रं चित्तं तस्य मृतं विदुः
Транслитерация (IAST)
sukhaduḥkhadaśādhīraṃ sāmyānna proddharanti yam | niśvāsā iva śailendraṃ cittaṃ tasya mṛtaṃ viduḥ
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
सुख-दुःख-दशा-अधीरंsukha-duḥkha-daśā-adhīraṃв состояниях счастья и страдания нетвёрдого
साम्यात् न प्रोद्धरन्ति यम्sāmyāt na proddharanti yamот ровности не сдвигают кого
निश्वासाः इव शैल-इन्द्रंniśvāsāḥ iva śaila-indraṃкак вздохи — владыку гор
चित्तं तस्य मृतं विदुःcittaṃ tasya mṛtaṃ viduḥтого сознание умершим знают
Литературный перевод
«Кого счастье и страдание не сдвигают с ровности, как вздохи — владыку гор, — того сознание знают умершим».
Версия
77461d04e361 · опубликовано 3 авг. 2026 г., 02:37:28 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Подобие третье в этой книге про гору и ветер: было «слабые ветры и гора» (2.43), «как гора недвижный» (3.17), и вот теперь нишвасах ива шаилендрам, «как вздохи — владыку гор».
И это самое сильное из трёх, потому что взят не ветер, а нишваса, «вздох» — дыхание одного человека.
Мера подобрана точно. Против горы это не просто мало — это смешно мало; и сравнение говорит не о крепости горы, а о полной несоразмерности.
Выражение в конце стои́т отметить: читтам тасья мритам видух, «сознание его знают умершим».
Слово резкое, и книга сама будет его объяснять в следующих строках (4.14–4.18), где различит две смерти ума. Покамест заметим лишь, что «умершее сознание» тут есть похвала, а не беда; и в этой словесности такое словоупотребление постоянно — умирает не человек, а то в нём, что мешало.