Упанишады · Nāradaparivrājaka 4.34
॥
Деванагари
यन्न सन्तं न चासन्तं नाश्रुतं न बहुश्रुतम् । न सुवृत्तं न दुर्वृत्तं वेद कश्चित्स ब्राह्मणः
Транслитерация (IAST)
yanna santaṃ na cāsantaṃ nāśrutaṃ na bahuśrutam | na suvṛttaṃ na durvṛttaṃ veda kaścitsa brāhmaṇaḥ
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
यत् न सन्तम्yat na santamкого ни сущим
न च असन्तम्na ca asantamни несущим
न अश्रुतं न बहु-श्रुतम्na aśrutaṃ na bahu-śrutamни неучёным, ни многоучёным
न सुवृत्तं न दुर्वृत्तम्na suvṛttaṃ na durvṛttamни благонравным, ни дурным
वेद कश्चित् सः ब्राह्मणःveda kaścit saḥ brāhmaṇaḥникто не знает — тот брахман
Литературный перевод
«Кого никто не знает — ни как сущего, ни как несущего, ни как неучёного, ни как многоучёного, ни как благонравного, ни как дурного, — тот и есть брахман».
Версия
4cbec35e135c · опубликовано 2 авг. 2026 г., 08:02:09 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Определение брахмана — через **неизвестность**.
Брахман тот, о ком никто ничего **не может сказать**: ни хорошего, ни дурного, ни что он учён, ни что невежда.
Вдумайтесь, до чего это неожиданно.
Обыкновенно достоинство определяют по тому, что о человеке **говорят**.
Здесь — по тому, что о нём **нечего сказать**.
Отметим связь с прежним (3.35, 3.98): страннику велено быть **невидным**, и вот вершина невидности — он не оставил в чужих головах даже **мнения о себе**.
Замечу, что это самое трудное и самое чистое из всего, что книга требует.
Легче раздать имущество, чем **не оставить о себе памяти**.
В наших книгах есть такие люди, и они всегда на втором плане; мы знаем о них лишь потому, что кто-то другой о них рассказал.
Сами они молчали.
И прибавлю: единственное, что вайшнав желает оставить в чужой голове, — **не себя**, а **Имя**.
Чтобы, вспомнив его, вспомнили не человека, а Кого-то другого.