Упанишады · Nāradaparivrājaka 5.40
॥
Деванагари
पाणिपात्रश्चरन्योगी नासकृद्भैक्षमाचरेत् । तिष्ठन्भुञ्ज्याच्चरन्भुञ्ज्यान्मध्येनाचमनं तथा
Транслитерация (IAST)
pāṇipātraścaranyogī nāsakṛdbhaikṣamācaret | tiṣṭhanbhuñjyāccaranbhuñjyānmadhyenācamanaṃ tathā
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
पाणि-पात्रः चरन् योगीpāṇi-pātraḥ caran yogīйогин, ходящий с ладонью вместо чаши
न असकृत् भैक्षम् आचरेत्na asakṛt bhaikṣam ācaretда не просит подаяния многократно
तिष्ठन् भुञ्ज्यात् चरन् भुञ्ज्यात्tiṣṭhan bhuñjyāt caran bhuñjyātпусть ест стоя, пусть ест идя
मध्येन आचमनं तथाmadhyena ācamanaṃ tathāи посредине — полоскание рта
Литературный перевод
«Йогин, ходящий с ладонью вместо чаши, да не просит подаяния многократно; пусть ест стоя, пусть ест идя, и посредине совершает полоскание рта».
Версия
aa85d54907ef · опубликовано 2 авг. 2026 г., 08:02:09 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
«**Пусть ест стоя, пусть ест идя**».
Вот подробность, за которую стои́т ухватиться.
Почему нельзя сесть?
Потому что сесть — значит **расположиться**: приготовиться, разложить, вкусить с толком.
Еда стоя и на ходу — еда **между делом**, как заправляют лампу маслом.
Вдумайтесь, до чего это последовательно.
Он уже ест из ладони и не выбирает у кого; теперь ему не дают даже **сесть за еду**.
Еда должна перестать быть **событием дня**.
Замечу, что у нас — прямо наоборот, и разница показательна.
Мы садимся; мы едим **прасад**; и это **праздник**, а не заправка.
Потому что у нас на тарелке — не пища, а **милость**: то, чего коснулся Господь.
Отметим, к чему ведут оба пути.
Один отнимает у еды **вкус**.
Другой отдаёт вкус **Тому, кто его дал**, — и получает обратно освящённым.
Первое труднее и суше.
Второе веселее и, как показывает опыт, держится дольше.