Сказав так о таковости одного лишь житья, он говорит о таковости всех тех действий: «Саттвический деятель — непривязанный; ослеплённый влечением помнится раджасическим; тамасический — лишившийся памяти; а бескачественный — имеющий прибежищем меня». И устремление здесь именно к действию, а не к веществу, которое ему служит опорой: ведь тело и прочее у саттвического деятеля есть именно превращение трёх качеств.