Почитание же по пригодности всяких вайшнавов — как в Итихаса-самуччае: «Потому ради милости Вишну пусть удовлетворяет вайшнавов: тем самым Вишну будет благосклонен к милости, нет сомнения». И от противного в последней части Падмы: «Кто, почтив Говинду, не почитает принадлежащих Ему, тот не должен быть знаем бхагаватою: он назван просто лицемером». А какое бы то ни было высшество надо признавать и по рождению — вслед житию шри Притху: «Повеление его неотменимо повсюду, он держит единый жезл над семью материками — кроме рода брахманов и кроме сродных Ачьюте»; или по примеру сказанного Нарадою: «Какой признак назван являющим сословие человека, — если он виден и в ином, того по нему и следует определять».

Как сказано в Падме: «Что тут много говорить: на брахманов, которые невайшнавы, никогда не следует ни смотреть, ни касаться их, ни говорить с ними». Во славе магхи: «Пусть в мире на брахмана-невайшнава не взглянет, как на собакоеда; а вайшнав, даже вне сословия, очищает три мира. Не шудры те, кто предан Бхагавану, — они люди-бхагаваты; а шудры во всех сословиях те, кто не предан Джанардане». В Итихаса-самуччае: «Помянутый, окликнутый или почтённый, о лучший из дваждырождённых, очищает и невзначай преданный Бхагавану, будь он хоть чандала». И там же слышно о пороке обратного: «Кто смотрит на преданного Бхагавану — шудру, нишаду или собакоеда — как на равного по рождению, тот непременно идёт в ад».

А по особенности преданности видна и особенность. Как в Гаруде: «Ласковость к людям, преданным мне, одобрение в почитании, любовь к слушанию моих сказаний, изменение голоса, глаз и прочего, пляска ради Вишну, отвержение лицемерия ради Него, собственное почитание и то, что он не кормится Вишну, — эта восьмивидная преданность; в ком она пребывает, будь он хоть млеччха, тот владыка брахманов, лучший из молчальников, тот знающий и тот учёный; ему следует давать, от него брать, и он почитаем, как Хари». Оттого и говорит Бхагаван: «Не мой преданный тот, кто знает четыре Веды; мне дорог преданный мне собакоед; ему следует давать, от него брать, и он почитаем, как я сам».

Оттого и Дурваса, благой, узнавший величие преданности, совершил даже объятие стоп шримад Амбариши; но там же явлено, что Амбарише это было нежеланно. И поскольку шри Бхагаван, шримад Уддхава и прочие кланялись всякому брахману, иным вайшнавам такое вовсе не должно приходить на мысль, — и потому, что иначе вышло бы нарушение повеления Бхагавана: «Не вредите брахману, мои, даже провинившемуся; бьющему и много проклинающему всегда творите поклон». А «пусть не взглянет, как на собакоеда» и прочее надо уладить как направленное на запрет привязанности к его лицезрению; и видно, что так обходились с Ашваттхаманом Юдхиштхира, Драупади и прочие. Почитателям же вайшнавов не следует рассматривать и поведение вайшнавов, по «даже если он весьма дурного поведения» и далее. Как сказано в Гаруде: «Наделённый преданностью Вишну, даже если поведение его ложно и он вне уклада, очищает все миры, как взошедшее тысячелучистое». Это и приведено: «О, увы, почтеннее того собакоед, у которого на кончике языка твоё имя» и далее; слово «собакоед» здесь употреблено с предпочтением производного смысла. Потому преданного Ему человека нельзя презирать ни за дурное рождение, ни за дурное поведение, — а за то, что он презирает себя, тем более. Оттого и сказано в Гаруде: «Кто, слыша грубое слово, сказанное бхагаватою, говорит с ним терпеливо, предваряя поклоном, — тот воистину вайшнав».

Итак, служение великим и прочим показано. Оно предшествует слушанию и прочему, по сказанному: «Служение великим называют вратами освобождения, а вратами тьмы — общение с теми, кто общается с жёнами». От тех великих рождается и ещё нечто — вместилище высшего блага. Как: «В них, о великой доли, в имеющих великую долю, всегда бывают мои сказания; и они очищают грех у людей, что их вкушают. Кто их слушает, поёт и одобряет, почтительный, преданный мне и верующий, — те обретают преданность мне. А благому, обретшему преданность, что иное остаётся — во мне, брахмане бесконечных качеств, чья суть есть переживание блаженства? Как у прибегающего к владыке Вибхавасу отходят холод, страх и тьма, так и у служащего благим». «В них» — в тех, чей признак назван в «благие, ни в чём не нуждающиеся, занятые мною» и далее. «Преданность» — любовь. Оттого и сказано шри Рудрою: «Ни небо, ни невозвратное бытие не равняю я и с полумгновением общения со спутником Бхагавана, — что уж говорить о благах смертных». И шри Шаунакою: «Не равняем мы и с мигом небо» и далее, как прежде. Там сопутствующий плод он говорит с примером: «как». «Вибхавасу» — огонь: у того, кто прибегает к нему с разумением почитаемого и возжигает его ради возлияния и прочего, отходят холод и прочее; «страх» — сотворённый дурными существами. Так же у служащего благим гибнет косность деяния и прочего, грядущий страх круговорота и его корень — незнание; таков смысл.