Упанишады · Bhasmajābāla 2.57
॥
Деванагари
ततः काश्यां प्रयतैरेवाहमन्वहं पूज्यः । तत्र गणा रौद्रानना नानामुखा नानाशस्त्रधारिणो नानारूपधरा नानाचिह्निताः
Транслитерация (IAST)
tataḥ kāśyāṃ prayatairevāhamanvahaṃ pūjyaḥ | tatra gaṇā raudrānanā nānāmukhā nānāśastradhāriṇo nānārūpadharā nānācihnitāḥ
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
ततः काश्यां प्रयतैः एवtataḥ kāśyāṃ prayataiḥ evaпотому в Каши только очистившимися
अहम् अन्वहम् पूज्यःaham anvaham pūjyaḥя ежедневно должен быть чтим
तत्र गणाः रौद्र-आननाःtatra gaṇāḥ raudra-ānanāḥтам сонмы с грозными лицами
नाना-शस्त्र-धारिणः नाना-रूप-धराःnānā-śastra-dhāriṇaḥ nānā-rūpa-dharāḥразное оружие носящие, разные облики носящие
Литературный перевод
«Потому в Каши только очистившимися я должен быть чтим ежедневно. Там сонмы с грозными лицами, с разными лицами, носящие разное оружие, принимающие разные облики, разными знаками отмеченные».
Версия
6c09c4c95e85 · опубликовано 12 авг. 2026 г., 05:00:00 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Начинается описание того, что в этом городе есть кроме людей: ганы, «сонмы», — свита Шивы, существа с грозными и разными лицами, при оружии. Описание это не украшение, а часть дела. За ним стои́т убеждение, что святое место населено и что живущий там живёт не один; а раз так, то и вести себя надо соответственно.
Вайшнавская сторона это убеждение разделяет полностью, и её книги полны тем же: у Вриндавана свои обитатели, у Двараки свои, и предание требует от приходящего вести себя как в чужом доме, а не как на пустыре. Житейское следствие тут одно и оно важнее богословского. Кто верит, что место населено, тот в нём не сорит, не бранится и не устраивает торга; и вся суровость дальнейших строк вырастает именно отсюда, а не из злобы.
Слово праята, «очистившийся», от пра-йам, «сдерживать себя», стоит отметить особо: очищение тут названо не омовением, а сдержанностью. Чист не тот, кто вымылся, а тот, кто себя держит.