Упанишады · Bhasmajābāla 2.63
॥
Деванагари
ततस्ते मुक्ता मामनुविशन्ति विज्ञानमयेनाङ्गेन । न पुनरावर्तन्ते हुताशनप्रतिष्ठं हविरिव तत्रैव मुक्त्यर्थमुपदिश्यते शैवोऽयं मन्त्रः पञ्चाक्षरः
Транслитерация (IAST)
tataste muktā māmanuviśanti vijñānamayenāṅgena | na punarāvartante hutāśanapratiṣṭhaṃ haviriva tatraiva muktyarthamupadiśyate śaivo'yaṃ mantraḥ pañcākṣaraḥ
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
ततः ते मुक्ताः माम् अनुविशन्तिtataḥ te muktāḥ mām anuviśantiзатем они, свободные, в меня входят
विज्ञान-मयेन अङ्गेनvijñāna-mayena aṅgenaтелом, состоящим из знания
न पुनः आवर्तन्तेna punaḥ āvartanteне возвращаются снова
हुताशन-प्रतिष्ठं हविः इवhutāśana-pratiṣṭhaṃ haviḥ ivaкак возлияние, поставленное в огонь
Литературный перевод
«Затем они, свободные, входят в меня телом, состоящим из знания. Не возвращаются снова — как возлияние, вложенное в огонь. Там же ради освобождения преподаётся эта шиваитская мантра, пятисложная».
Версия
71f0de2c8dc8 · опубликовано 7 авг. 2026 г., 04:41:18 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Приведено сравнение, которым обыкновенно доказывают полное растворение: освобождённый входит в Него, «как возлияние в огонь». Масло, вылитое в пламя, исчезает без остатка — и, стало быть, исчезает и вошедший. Но в той же строке стои́т слово, которое этому сравнению противоречит: виджняна-майена ангена, «телом, состоящим из знания».
Анга значит «член, тело, часть»; и сказано, что входят с ним, а не без него. Масло входит в огонь ни с чем; а тут вошедший приносит с собою нечто, что названо телом. Противоречие это не наше изобретение и не придирка: два образа стоя́т рядом в одном предложении, и согласовать их можно только одним способом — признав, что «вхождение» здесь не есть уничтожение вошедшего.
Вайшнавская сторона именно так и читает подобные места, и опирается на слово майа, «состоящий из»: у неё освобождённый получает тело не из вещества, а из знания и блаженства — сач-чид-ананда; и потому он и «входит», и остаётся. Прибавим и простое соображение о самом сравнении. Возлияние вливают в огонь не для того, чтобы его уничтожить, а для того, чтобы оно дошло до того, кому предназначено; и в обряде исчезновение масла есть не конец его, а способ передачи. Так что даже избранный образ, если додумать его до конца, говорит не об уничтожении, а о доставке.