Upanishads · Tejobindu 1.46
॥
Devanāgarī
कुशला ब्रह्मवार्तायां वृत्तिहीनाः सुरागिणः । तेऽप्यज्ञानतया नूनं पुनरायान्ति यान्ति च
Transliteration (IAST)
kuśalā brahmavārtāyāṃ vṛttihīnāḥ surāgiṇaḥ | te'pyajñānatayā nūnaṃ punarāyānti yānti ca
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
कुशलाः ब्रह्म-वार्तायाम्kuśalāḥ brahma-vārtāyāmискусные в беседе о Брахмане
वृत्ति-हीनाः सुरागिणःvṛtti-hīnāḥ surāgiṇaḥлишённые же мысли, падкие до вина
ते अपि अज्ञानतया नूनम्te api ajñānatayā nūnamони-то по неведению непременно
पुनः आयान्ति यान्ति चpunaḥ āyānti yānti caснова приходят и уходят
Translation
Искусные в разговорах о Брахмане, но лишённые самой этой мысли и падкие до хмельного, — они по неведению непременно снова и снова приходят и уходят.
Version
c7a85e236d9a · published Aug 2, 2026, 4:04:08 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Стих продолжает предыдущий и делает его ещё жёстче.
**Кушала брахма-вартаям** — «**искусные** в разговоре о Брахмане». Не «невежды»: искусные. Умеют, знают писания, спорят и побеждают.
И рядом: **вритти-хина сурагинах** — «без самой мысли, падкие до хмельного». Слово *сура* значит вино; *сурагин* — «охотник до вина». Мы не смягчим: сказано, что человек может **отлично говорить** о недвойственности и при этом жить дурно.
Приговор: **пунар аянти янти ча** — «снова приходят и уходят», то есть продолжают рождаться и умирать. Знание, оставшееся на языке, **не выводит** из круговорота.
Это одно из тех мест, где книга сама себя поправляет — и мы благодарно берём её поправку. Она много говорила «я есмь Брахман»; и вот она же говорит, что произносящий это может остаться пьяницей и вернуться в утробу.
Бхагаватам ставит ту же мысль ещё резче: даже поднявшиеся до безличного, но **пренебрегшие стопами Господа**, падают с той высоты — «ибо разум их не очищен» (10.2.32). Высота, взятая рассуждением, не держит: держит **привязанность**, а привязаться можно только к Кому-то.