Upanishads · Tejobindu 5.30
॥
Devanāgarī
परम्ब्रह्माहमस्मीति स्मरणस्य मनो न हि । ब्रह्ममात्रं जगदिदं ब्रह्ममात्रं त्वमप्यहम्
Transliteration (IAST)
parambrahmāhamasmīti smaraṇasya mano na hi | brahmamātraṃ jagadidaṃ brahmamātraṃ tvamapyaham
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
परम् ब्रह्म अहम् अस्मि इतिparam brahma aham asmi iti«я есмь высший Брахман»
स्मरणस्य मनः न हिsmaraṇasya manaḥ na hiи ума для памятования нет
ब्रह्म-मात्रं जगत् इदम्brahma-mātraṃ jagat idamэтот мир — один лишь Брахман
ब्रह्म-मात्रं त्वम् अपि अहम्brahma-mātraṃ tvam api ahamи ты, и я — один лишь Брахман
Translation
«Я есмь высший Брахман» — но и ума для такого памятования нет; этот мир — один лишь Брахман, и ты, и я — один лишь Брахман.
Version
91b195a9914b · published Aug 2, 2026, 4:04:08 AM UTC
Available inRUPage between verses with
«**Нет и ума для памятования**».
Отменена **смарана**, память, — во второй раз в этой книге (см. 4.21).
Мы уже говорили, что для нас это самое чувствительное место, и повторим короче.
Всё наше учение о практике сводится к двум словам: ***смартавьях сататам вишнур висмартавьо на джатучит*** — «**Вишну надлежит помнить всегда и не забывать никогда**». И сказано там же: все прочие предписания и запреты — **слуги** этих двух правил (Падма-пурана; приводится у всех наших ачарьев).
Почему память поставлена выше обряда? Потому что она **всегда исполнима**. Обряд требует места, времени, чистоты и вещества; память не требует ничего.
И потому же она — самое трудное: ничто не мешает ей, кроме нас самих.
Здесь же память отменена как ненужная: помнить-де некому и не о чем.
Разница, повторим, вот в чём. Для одного вершина — когда **нечего вспоминать**. Для другого — когда **невозможно забыть**.
Выбор между ними и есть выбор между двумя пониманиями Бога: безличным и живым.