Upanishads · Tejobindu 3.13
॥
Devanāgarī
भूमानन्दस्वरूपोऽस्मि भाषाहीनोऽस्म्यहं सदा । सर्वाधिष्ठानरूपोऽस्मि सर्वदा चिद्घनोऽस्म्यहम्
Transliteration (IAST)
bhūmānandasvarūpo'smi bhāṣāhīno'smyahaṃ sadā | sarvādhiṣṭhānarūpo'smi sarvadā cidghano'smyaham
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
भूमा-आनन्द-स्वरूपः अस्मिbhūmā-ānanda-svarūpaḥ asmiя по природе — блаженство Полноты
भाषा-हीनः अस्मि अहं सदाbhāṣā-hīnaḥ asmi ahaṃ sadāя всегда лишён речи
सर्व-अधिष्ठान-रूपः अस्मिsarva-adhiṣṭhāna-rūpaḥ asmiя — облик основания всего
सर्वदा चित्-घनः अस्मि अहम्sarvadā cit-ghanaḥ asmi ahamя всегда — сгусток сознания
Translation
Я по природе — блаженство Полноты, я всегда лишён речи; я — облик основания всего, я всегда сгусток сознания.
Version
3d6722213489 · published Aug 2, 2026, 4:04:08 AM UTC
Available inRUPage between verses with
**Бхума** — «Полнота», «Обширное». Слово из Чхандогьи, и там о нём сказано так, что мимо не пройти.
Санаткумара учит Нараду: ***йо ваи бхума тат сукхам, налпе сукхам асти*** — «**Полнота — вот счастье; в малом счастья нет**» (7.23.1). А затем поясняет, чем Полнота отличается от малого: «где не видят иного, не слышат иного, не знают иного — это Полнота; а где видят иное, слышат иное, знают иное — это малое» (7.24.1).
Адвайта берёт это место как своё главное: где нет иного — там счастье.
Но прочтём внимательнее. Санаткумар не говорит «где **никого нет**». Он говорит «где не видят **иного**» — то есть **чужого, постороннего, отдельного**.
Разница огромна, и она понятна всякому из опыта. Двое любящих не видят «иного» — не потому, что их не двое, а потому, что между ними нет чужести. Мать, кормящая дитя, не видит «иного».
Вот наше чтение бхумы: **это не пустота без второго, а полнота без чужого**.
И заметьте ещё, чем кончается та же беседа в Чхандогье. Нарада спрашивает про Полноту — и получает в ответ не безмолвие, а **имя и путь**; а сама беседа начинается с того, что Нарада признаётся: «я знаю все Веды... но я скорблю, ибо не знаю Атмана». Учение о Полноте дано **скорбящему**, и дано **другим**.