Upanishads · Tejobindu 3.62
॥
Devanāgarī
अहं ब्रह्मास्मि मन्त्रोऽयं मृत्युपाशं विनाशयेत् । अहं ब्रह्मास्मि मन्त्रोऽयं द्वैतदुःखं विनाशयेत्
Transliteration (IAST)
ahaṃ brahmāsmi mantro'yaṃ mṛtyupāśaṃ vināśayet | ahaṃ brahmāsmi mantro'yaṃ dvaitaduḥkhaṃ vināśayet
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
अहं ब्रह्म अस्मि मन्त्रः अयम्ahaṃ brahma asmi mantraḥ ayamмантра эта — «я есмь Брахман»
मृत्यु-पाशं विनाशयेत्mṛtyu-pāśaṃ vināśayetда истребит петлю смерти
अहं ब्रह्म अस्मि मन्त्रः अयम्ahaṃ brahma asmi mantraḥ ayamмантра эта — «я есмь Брахман»
द्वैत-दुःखं विनाशयेत्dvaita-duḥkhaṃ vināśayetда истребит горе двойственности
Translation
Мантра «я есмь Брахман» да истребит петлю смерти; мантра «я есмь Брахман» да истребит горе двойственности.
Version
94ac56457fb8 · published Aug 2, 2026, 4:04:08 AM UTC
Available inRUPage between verses with
**Мритью-паша** — «петля смерти», аркан Ямы.
И **дваита-духкха** — «горе двойственности».
Вот на этом втором и остановимся, потому что здесь названа сама болезнь, как её видит эта школа: **страдание оттого, что есть двое**.
Мы возразим, и возразим по опыту, а не по учёности.
Горе не от того, что нас двое. Горе от того, что мы **чужие**. Двое любящих не страдают оттого, что их двое, — они страдают, когда разлучены. Мать не тяготится тем, что дитя — не она.
Стало быть, лечить надо не двойственность, а **чуждость**.
И упанишады говорят именно так. Иша: «Кто видит все существа в Атмане и Атмана во всех существах — **тот не отвращается ни от чего**. Для видящего, у кого все существа стали Атманом, **какое же смятение, какая скорбь**?» (6–7).
Обратите внимание: существа **остаются** — множественное число сохранено. Уходит не их множество, а **отвращение** и **скорбь**.
Вот и весь наш ответ этому стиху: не двойственность истреби, а чужесть. Двойственность без чужести — это и есть любовь.