Видно и то, что она есть облик высшего счастья. В состоянии достижения явленность этого облика уже показана — в «Оттого мудрые всегда» и далее, и в «При этом ненадёжном деянии» и далее; а в состоянии совершенства она являет себя тем более. Как: «Они не желают и четверицы — салокьи и прочего, — обретённой моим служением, ибо полны служением; откуда же иное, смываемое временем?» Здесь сказано, что иное смывается временем; а раз служению эта смываемость не достаётся, то установлена и его бескачественность. А раз оно превосходит и салокью с прочим, которых время не смывает, — что уж говорить.