Оттого он примером и говорит, что у него, такого — черпающего радость в себе и полного желаний, — даже вещь ничтожного качества служит удовлетворению: «Поднесённые там дары были приняты им, как принимают светильник, поднесённый солнцу; и они, с расцветшими от любви лицами, прерывающимся от радости голосом изрекли — ему, черпающему радость в себе, всегда полному желаний своим собственным обретением, — как дети отцу, другу всем, защитнику». «Там» — в шри Двараке. То есть: как люди, почтившие солнце подношением светильника. Так же и славословие и прочее заслуживают его радования; о том он и говорит словом «любовью». «Как дети отцу» — пример. И особое, необычайное качество его любви он называет: «другу всем»; а признак этой дружественности ко всем — «защитника».

И далее: как у такого — черпающего радость в себе и полного желаний — видно возникновение особой любви к сыновьям и прочим, кто мнит себя связанным с ним и любит его, — так он и любит их. Вот смысл. Так же и в примере с древом желаний милость Бхагавана к преданному обосновывается как должно: ведь тем, кто чтит его, вымаливая себе именно его прирождённую любовь, дать её необходимо. Потому и у того, чей облик — блаженство, есть в преданности вспышка блаженства.