Упанишады · Tejobindu 2.31
॥
Деванагари
आदिरन्तश्च चिन्मात्रं गुरुशिष्यादि चिन्मयम् । दृग्दृश्यं यदि चिन्मात्रमस्ति चेच्चिन्मयं सदा
Транслитерация (IAST)
ādirantaśca cinmātraṃ guruśiṣyādi cinmayam | dṛgdṛśyaṃ yadi cinmātramasti ceccinmayaṃ sadā
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
आदिः अन्तः च चिन्मात्रम्ādiḥ antaḥ ca cinmātramначало и конец — лишь сознание
गुरु-शिष्य-आदि चिन्मयम्guru-śiṣya-ādi cinmayamучитель, ученик и прочее — из сознания
दृक्-दृश्यं यदि चिन्मात्रम्dṛk-dṛśyaṃ yadi cinmātramесли зрящее и зримое — сознание
अस्ति चेत् चिन्मयं सदाasti cet cinmayaṃ sadāесли что и есть — всегда сознание
Литературный перевод
Начало и конец — лишь сознание; учитель, ученик и прочее — сознание; если зрящее и зримое — сознание, то, что бы ни было, оно всегда сознание.
Версия
f7c541adf75d · опубликовано 2 авг. 2026 г., 04:04:08 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
**Гуру-шишья** — «учитель и ученик». Названы прямо.
Это, пожалуй, самое честное место главы: напев не прячет, что его довод касается и самой той пары, которая здесь разговаривает. Шива и Кумара — тоже «одно сознание».
Мы принимаем это **в одном смысле** и не принимаем **в другом**.
Принимаем: между учителем и учеником нет чужести. Они одной природы, и потому знание переходит; и потому же ученик способен стать тем, чем стал учитель.
Не принимаем: будто различие между ними условно и упраздняется вместе с невежеством. Ибо если так, то и **дар** упраздняется — а с ним благодарность, а с ней и вся связь.
Наша традиция стои́т здесь твёрдо: связь с учителем **не временна**. Она не «леса, которые снимают, когда дом построен». Вишванатха Чакраварти говорит о духовном учителе как о вечном спутнике; и в самом почитаемом стихе о гуру сказано: он — «тот, кто открывает глаза, ослеплённые тьмой неведения, светильником знания».
Прозревший не перестаёт быть **тем, кому открыли глаза**.