Упанишады · Śvetāśvatara 4.7
॥
Деванагари
समाने वृक्षे पुरुषो निमग्नो अनीशया शोचति मुह्यमानः ।
जुष्टं यदा पश्यत्य् अन्यम् ईशं अस्य महिमानम् इति वीतशोकः
Транслитерация (IAST)
samāne vṛkṣe puruṣo nimagno anīśayā śocati muhyamānaḥ /
juṣṭaṃ yadā paśyaty anyam īśaṃ asya mahimānam iti vītaśokaḥ
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
समाने वृक्षेsamāne vṛkṣeна том же древе; на общем дереве
पुरुषःpuruṣaḥчеловек; воплощённый
निमग्नःnimagnaḥпогружённый; утонувший
अनीशयाanīśayāот безвластия; по своему бессилию
शोचतिśocatiскорбит; горюет
मुह्यमानःmuhyamānaḥвпадая в морок; обольщаемый
जुष्टम्juṣṭamобласканным; милующим, приветившим
यदा पश्यतिyadā paśyatiкогда он видит; как только узрит
अन्यम्anyamДругого; иного, чем он сам
ईशम्īśamВладыку; Господа
अस्य महिमानम्asya mahimānamи Его величие; величество Его
इतिitiтак; вот тогда
वीतशोकःvītaśokaḥсвободен от скорби; у него проходит печаль
Литературный перевод
На том же древе человек, погружённый в него, скорбит от собственного безвластия, обольщаемый. Но когда он видит Другого — Владыку, взыскавшего его милостью, — и Его величие, тогда печаль его проходит.
Версия
6ca7310682c8 · опубликовано 28 июл. 2026 г., 14:13:46 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Мантра объясняет, что происходит с первой птицей, и объясняет безжалостно точно: она nimagna, «погружена», утонула в древе. И скорбит она anīśayā — «от безвластия»: то же слово, что в 1.2, где было доказано, что душа невластна над своим счастьем и горем.
Здесь названа причина всей человеческой тоски. Не в том беда, что мир горек, а в том, что мы притязаем на власть, которой у нас нет, и всякий раз обнаруживаем бессилие. Отсюда и muhyamānaḥ, «обольщаемый»: морок не приходит извне, он держится нашим же притязанием.
И вот перелом: «когда он видит Другого». Первое, что спасает, — увидеть, что Он anya, Другой. Не «я и есть Он» — это лишь удвоило бы притязание, — а «Он — не я».
Но главное слово мантры — juṣṭam, то самое, что стояло в 1.6: «обласканный», «взысканный милостью». Читают его двояко: как «видит Возлюбленного» и как «видит Того, кем он обласкан». Оба чтения ведут в одну сторону: встреча происходит не потому, что смотрящий доглядел, а потому, что Смотрящий приветил.
И тогда — vītaśokaḥ, «печаль прошла». Не «объяснилась», не «стала терпимой»: прошла. Скорбь была следствием безвластия; с признанием Владыки исчезла её причина.