Упанишады · Kaṭha 1.19
॥
Деванагари
एष ते ऽग्निर् नचिकेतः स्वर्ग्यो यम् अवृणीथा द्वितीयेन वरेण ।
एतम् अग्निं तवैव प्रवक्ष्यन्ति जनासस् तृतीयं वरं नचिकेतो वृणीष्व
Транслитерация (IAST)
eṣa te 'gnir naciketaḥ svargyo yam avṛṇīthā dvitīyena vareṇa /
etam agniṃ tavaiva pravakṣyanti janāsas tṛtīyaṃ varaṃ naciketo vṛṇīṣva
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
एषःeṣaḥэто; вот
तेteтебе; для тебя
अग्निःagniḥогонь; жертвенный огонь
नचिकेतःnaciketaḥо Начикета; Начикетов
स्वर्ग्यःsvargyaḥведущий к небу; небесный
यम्yamкоторый; его
अवृणीथाःavṛṇīthāḥты выбрал (от √vṛ — «выбирать»); избрал; испросил
द्वितीयेनdvitīyenaвторым; со вторым
वरेणvareṇaдаром; благословением
एतम्etamэтот; его
अग्निम्agnimогонь; жертвенный огонь
तव एवtava evaтвоим именно; твоего же
प्रवक्ष्यन्तिpravakṣyantiбудут называть (pra-√vac — «провозглашать»); провозгласят; нарекут
जनासःjanāsaḥлюди; поколения
तृतीयम्tṛtīyamтретий; третье
वरम्varamдар; благословение
नचिकेतःnaciketaḥо Начикета; Начикета
वृणीष्वvṛṇīṣvaвыбирай; проси
Литературный перевод
«Вот твой небесный огонь, о Начикета, — тот, что ты выбрал вторым даром. Этот огонь люди будут называть твоим. Выбирай же третий дар, Начикета».
Версия
9e8b7fa9b6e7 · опубликовано 26 июл. 2026 г., 21:13:03 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Черта подведена: eṣa te 'gniḥ — «вот твой огонь». Два дара исполнены, и в них уместилась вся традиционная религия: мир в доме (первый дар) и путь неба (второй). Восстановлена семья, вручён обряд, имя ученика вписано в само знание — по всем меркам благочестия история могла бы счастливо закончиться здесь.
Но упанишада лишь теперь начинается. tṛtīyaṁ varaṁ naciketo vṛṇīṣva — «выбирай третий дар»: Яма произносит это, ещё не зная, что сейчас у него попросят то, чего он никогда никому не открывал. Композиция валли рассчитана точно: сначала показано, что герой не обделён ничем — ни семейным ладом, ни обрядовым знанием, ни небесной перспективой, — чтобы никто не сказал, будто к высшему вопросу его толкнула нужда или неудача.
К последней тайне приходят не от бедности, а от полноты, узнавшей свою недостаточность. Всё имея — примирённого отца, свой огонь, обещанное небо, — Начикета спросит о том единственном, без чего всё это остаётся временным. Так упанишада отделяет духовный голод от всякого иного: он просыпается не тогда, когда чего-то не хватает, а тогда, когда хватает всего.