Упанишады · Kaṭha 4.11
॥
Деванагари
मनसैवेदम् आप्तव्यं नेह नानास्ति किंचन ।
मृत्योः स मृत्युं गच्छति य इह नानेव पश्यति
Транслитерация (IAST)
manasaivedam āptavyaṃ neha nānāsti kiṃcana /
mṛtyoḥ sa mṛtyuṃ gacchati ya iha nāneva paśyati
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
मनसाmanasāумом; внутренним созерцанием
एवevaименно; только
इदम्idamэто; данное
आप्तव्यम्āptavyamдо́лжно постичь (герундив от √āp — «достигать»); надлежит обрести; следует достигнуть
नnaне; нет
इहihaздесь; в этом
नानाnānāмногообразия; раздельности
अस्तिastiесть; существует
किंचनkiṃcanaникакого; ничего; нисколько
मृत्योःmṛtyoḥот смерти; из смерти
सःsaḥон; такой человек
मृत्युम्mṛtyumв смерть; к смерти
गच्छतिgacchatiидёт; попадает
यःyaḥкто; тот, кто
इहihaздесь; в этом
नानाnānāмногообразие; раздельность
इवivaкак будто; словно
पश्यतिpaśyatiвидит; смотрит
Литературный перевод
Умом — именно им — до́лжно это постичь: нет здесь никакого [самосущего] многого. От смерти к смерти идёт тот, кто видит здесь словно бы многое.
Версия
725b074f151e · опубликовано 26 июл. 2026 г., 21:13:03 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
manasaivedam āptavyam — «умом должно это постичь»: неожиданный поворот после всех предостережений об уме. Тот самый ум, что «не достигает» (стих 1.3 Кены, стих 38 Катхи), объявлен орудием постижения — потому что очищенный, наставленный ум (валли 3 отдала его в вожжи разуму) способен на главное: увидеть связность мира, невидимую глазу. Глаз всегда видит многое; единый Корень многого видит только ум — в этом его священное назначение.
neha nānāsti kiñcana — «нет здесь никакого [самосущего] многого»: не «вещи не существуют», а «раздельность не окончательна»: ничто не стоит само по себе, всё — в Нём и Им (стих 80: «никто не переступает»). Повтор приговора из предыдущего стиха — mṛtyoḥ sa mṛtyuṁ gacchati — делает пару 81–82 двойным ударом: сначала о видении, затем об уме; сначала диагноз, затем орган исцеления.
Для пути преданности этот стих — о видении всего в связи с Единым: мир, увиденный как Его энергия, Его сад, Его хозяйство, перестаёт дробиться на куски, за которые цепляется смертность. Различия остаются — исчезает разделённость; такова разница между нищим разнобоем и богатым многообразием одного царства.