Так же: «Итак, чту тебя, высшего из всех мужей, вместилище качеств, — жаждущий, как та, у кого лотос в руке. Не выйдет ли меж нами распри, коль соперничаем за одного владыку, устремив к твоим стопам единое напряжение? Владыка мира, матери мира была бы обида, если бы в деле исполнилось наше желание; ты, нежный к убогим, и малое делаешь великим, — а тому, кто радуется в собственной обители, что до неё?» и далее.\n\nЗдесь пригодное — полное преданности чувство слуги, о котором и идёт речь, — сделано видимостью от сходки с непригодною ему уджджвалою. Чувство слуги установлено самим разделом, а сходка с уджджвалою разумеется из «жаждущий, как та, у кого лотос в руке» и далее. Разрешение здесь такое: у него не родилась, подобно ей, склонность к чувству возлюбленного, а лишь склонность преданности; сравнение взято лишь в доле её преданности. А соперничать с нею не непригоже тому, кто вознесён его высшею милостью и обрёл слугость, зовущуюся «витязем».\n\nИные полагают иначе: это лишь речь собственной премы и забава, указующая на его милость к убогим, а не притязание соперничать с Лакшми, — ибо словами «и малое делаешь великим, нежный к убогим» он мыслит себя ничтожным. Так же видно и речение шри Прахлады, когда шри Тривикрама возложил стопу на голову Бали: «Такой милости не получает и Виринча». И при милости шри Нрисимхи, о собственном помиловании: «Где я, рождённый от страсти, владыка, рождённый в этом роду не-богов, преизбыточном тьмою, — и где твоё помилование? Ни Брахме, ни Бхаве, ни самой Раме — а мне на голову возложена лотосная рука, милость». Смысл здесь: мне, а не Брахме и прочим, хотя они присутствуют тут же. Оттого да будет знаемо, что в обоих случаях отсутствие такой милости сказано лишь применительно ко времени тех нисхождений.