चक्षुषो रूपग्रहणं श्रोत्रयोः शब्दग्रहणं जिह्वाया रसास्वादनं घ्राणस्य गन्धग्रहणं वचसो वाग्व्यापारः पाणेरादानं पादयोः संचारः पायोरुत्सर्ग उपस्थस्यानन्दग्रहणं त्वचः स्पर्शग्रहणम् । तदधीना च विषयग्रहणबुद्धिः बुद्ध्या बुद्ध्यति चित्तेन चेतयत्यहङ्कारेणाहङ्करोति
cakṣuṣo rūpagrahaṇaṃ śrotrayoḥ śabdagrahaṇaṃ jihvāyā rasāsvādanaṃ ghrāṇasya gandhagrahaṇaṃ vacaso vāgvyāpāraḥ pāṇerādānaṃ pādayoḥ saṃcāraḥ pāyorutsarga upasthasyānandagrahaṇaṃ tvacaḥ sparśagrahaṇam | tadadhīnā ca viṣayagrahaṇabuddhiḥ buddhyā buddhyati cittena cetayatyahaṅkāreṇāhaṅkaroti
«У глаза — схватывание образа, у ушей — звука, у языка — вкушение вкуса, у носа — запаха, у речи — действие слова, у руки — взятие, у ног — хождение, у заднего прохода — извержение, у детородного — принятие услады, у кожи — осязание; и от них зависит разумение предметов: разумом он разумеет, сознанием сознаёт, самостью самоутверждается».
db0ed5202bce · प्रकाशित 2 अग॰ 2026, 8:02:09 am UTC
उपलब्ध भाषाएँRUश्लोक बदलें इन कुंजियों से
Опись **десяти чувств** и **четырёх внутренних орудий** — всего четырнадцать, о которых говорилось в 6.2.
Отметим точность в главном: у каждого орудия — **своё дело**, и оно другого не делает.
Глаз не слышит, ухо не видит.
Вдумайтесь, что из этого следует.
Если каждое орудие делает своё, то **кто складывает** увиденное со слышанным в одну картину?
Этого не может сделать ни глаз, ни ухо.
Значит, есть **тот, кто пользуется всеми**, — и он не есть ни одно из них.
Замечу, что это старинный и превосходный довод в пользу того, что «я» — не тело и не чувства.
Гита говорит то же одним стихом: «Поле — это тело... а **знающий поле** — тот, кто его знает» (13.1–2).
Отметим, что там же сказано и второе, о чём мы всегда напоминаем: «**И Я — знающий поле во всех полях**» (13.3).
Значит, знающих **двое**: я в своём теле и Он — **во всех**.
Это и есть основание всей нашей веданты.