स तपोऽतप्यत स तपस्तप्त्वा स एतं मन्त्रराजं नारसिंहमानुष्टुभमपश्यत्तेन वै सर्वमिदमसृजत यदिदं किञ्च । तस्मात्सर्वमानुष्टुभमित्याचक्षते यदिदं किञ्च । अनुष्टुभो वा इमानि भूतानि जायन्ते । अनुष्टुभा जातानि जीवन्ति । अनुष्टुभं प्रयन्त्यभिसंविशन्ति तस्यैषा भवति अनुष्टुप्प्रथमा भवति अनुष्टुबुत्तमा भवति वाग्वा अनुष्टुप् वाचैव प्रयन्ति वाचोद्यन्ति परमा वा एषा छन्दसां यदनुष्टुबिति
sa tapo'tapyata sa tapastaptvā sa etaṃ mantrarājaṃ nārasiṃhamānuṣṭubhamapaśyattena vai sarvamidamasṛjata yadidaṃ kiñca | tasmātsarvamānuṣṭubhamityācakṣate yadidaṃ kiñca | anuṣṭubho vā imāni bhūtāni jāyante | anuṣṭubhā jātāni jīvanti | anuṣṭubhaṃ prayantyabhisaṃviśanti tasyaiṣā bhavati anuṣṭupprathamā bhavati anuṣṭubuttamā bhavati vāgvā anuṣṭup vācaiva prayanti vācodyanti paramā vā eṣā chandasāṃ yadanuṣṭubiti
Он предался подвигу; и, совершив подвиг, он узрел эту главнейшую мантру, Нарасимхову, в размере ануштубх, и ею сотворил всё это, что ни есть. Потому и говорят, что всё, что ни есть, — ануштубхово. От ануштубха рождаются эти существа, ануштубхом рождённые живут, к ануштубху идут и в него входят. Ануштубх бывает первым и ануштубх бывает последним; ануштубх есть речь, речью и уходят, речью и восходят. Он и есть высший из размеров.
cbe48bf87e99 · опубликовано 29 июл. 2026 г., 04:39:50 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Праджапати не измыслил мантру — он её увидел: apaśyat.
Глагол этот в ведийской словесности главный. Гимны не сочиняются, а «видятся»; оттого их слагатели зовутся ṛṣi, «видящими», и оттого шрути — «услышанное», а не «составленное».
И увидел он mantra-rāja, «царя мантр»: тридцатидвухсложную ануштубху, посвящённую Нарасимхе. Первая упанишада вся будет о ней; но самой мантры книга сразу не даст — она разложит её по словам в четырёх загадках.
Затем идёт ряд, который стои́т прочесть внимательно: от ануштубха существа рождаются, им рождённые живут, к нему идут и в него входят.
Это древнейшая формула определения Брахмана: то, от чего рождается, чем живёт и во что уходит. Брахма-сутра ставит её вторым же афоризмом. Здесь она сказана о стихотворном размере.
Ануштубх — восемь слогов в четверти, тридцать два в стихе; им сложены Рамаяна и Махабхарата, им говорит почти вся смрити.
И объяснено, отчего он высший: vāg vā anuṣṭup — «ануштубх есть речь».
Ту же мысль мы читали не раз: в Гопала-тапани мир разворачивался из слогов мантры, в Рама-тапани в семени имени лежал весь движущийся и недвижный мир. Здесь она приложена к размеру: мир сложен не из вещества, а по мере.