अथ कस्मादुच्यते ज्वलन्तमिति । यस्मात्स्वमहिम्ना सर्वांल्लोकान्सर्वान्देवान्सर्वानात्मनः सर्वाणि भूतानि स्वतेजसा ज्वलति ज्वालयति ज्वाल्यते ज्वालयते । सविता प्रसविता दीप्तो दीपयन्दीप्यमानः ज्वलञ्ज्वलिता तपन्वितपन्त्संतपन्रोचनो रोचमानः शोभनः शोभमानः कल्याणस्तस्मादुच्यते ज्वलन्तमिति
atha kasmāducyate jvalantamiti | yasmātsvamahimnā sarvāṃllokānsarvāndevānsarvānātmanaḥ sarvāṇi bhūtāni svatejasā jvalati jvālayati jvālyate jvālayate | savitā prasavitā dīpto dīpayandīpyamānaḥ jvalañjvalitā tapanvitapantsaṃtapanrocano rocamānaḥ śobhanaḥ śobhamānaḥ kalyāṇastasmāducyate jvalantamiti
«И отчего же он зовётся „джваланта“?» — «Ибо собственным жаром он пылает над всеми мирами, всеми богами и всеми существами, и возжигает, и возжигаем: побудитель, зачинатель, возжжённый, возжигающий и возгорающийся, пылающий и воспламеняющий, жгущий, прожигающий, сожигающий, сияющий и сияние творящий, прекрасный и красующийся, благой. Потому и зовётся „джваланта“».
16905f4564cc · опубликовано 29 июл. 2026 г., 04:39:50 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Четвёртое слово — jvalanta, «пылающий», — и объяснение его состоит из одних причастий.
Пятнадцать слов подряд, и почти все они парами: возжигающий и возгорающийся, жгущий и прожигающий, сияющий и сияние творящий, прекрасный и красующийся.
Перечень этот не пустое красноречие. Пары устроены одинаково: действительное и страдательное. Он и возжигает, и возжигаем.
Вот в чём здесь мысль. Огонь не бывает наполовину: то, что жжёт, само горит. Оттого и Тот, кто воспламеняет миры, назван пылающим — не над ними, а вместе с ними.
Замечу первые два слова: savitā prasavitā — «побудитель, зачинатель». Савитар есть имя солнца в его побуждающем действии; к нему обращена Гаятри.
И последние три: śobhanaḥ śobhamānaḥ kalyāṇaḥ — «прекрасный, красующийся, благой».
Ряд, начатый жаром и жжением, кончается красотою и благом. Это тот же поворот, что в самой мантре, где посреди грозных имён стои́т bhadra, «благой».