उपनिषद् · Annapūrṇā 5.77
॥
देवनागरी
यथाकाशो घटाकाशो महाकाश इतीरितः । तथा भ्रान्तेर्द्विधा प्रोक्तो ह्यात्मा जीवेश्वरात्मना
लिप्यंतरण (IAST)
yathākāśo ghaṭākāśo mahākāśa itīritaḥ | tathā bhrānterdvidhā prokto hyātmā jīveśvarātmanā
शब्दशः अर्थ
संस्कृतIASTअर्थ
यथा आकाशः घट-आकाशःyathā ākāśaḥ ghaṭa-ākāśaḥкак пространство: пространство горшка
महा-आकाशः इति ईरितःmahā-ākāśaḥ iti īritaḥи великое пространство, так называют
तथा भ्रान्तेः द्विधा प्रोक्तःtathā bhrānteḥ dvidhā proktaḥтак по заблуждению двояко назван
हि आत्मा जीव-ईश्वर-आत्मनाhi ātmā jīva-īśvara-ātmanāАтман — как джива и Ишвара
अनुवाद
«Как пространство зовут «пространством горшка» и «великим пространством», так по заблуждению Атман назван двояко — дживою и Ишварой».
संस्करण
84d153e7b48b · प्रकाशित 3 अग॰ 2026, 2:37:28 am UTC
उपलब्ध भाषाएँRUश्लोक बदलें इन कुंजियों से
Перед нами самое знаменитое подобие этого учения, и разобрать его надо со всею тщательностью, потому что на нём держится многое.
Подобие таково: пространство одно; горшок, поставленный посреди, как будто отделяет часть его; разбей горшок — и «пространство горшка» окажется тем же самым великим пространством, каким было всегда. Так и душа: отделена лишь оболочкою, а разбей оболочку — и разницы нет.
Образ изящен, и возражения на него давние и веские; приведу три, из которых каждое довольно само по себе.
Первое. Горшок носят с места на место, а пространство при этом не переезжает — оно остаётся, а горшок движется по нему. Между тем душа переселяется: она проходит через рождения, унося с собою заслуги и склонности, и книга это признаёт, говоря о спалённых семенах и о новом рождении. Пространство горшка ничего с собою не уносит.
Второе. Разделяет пространство горшок, то есть нечто настоящее и отличное от пространства. Если оболочка настоящая, то двое уже есть; если оболочка есть тоже пространство, то она ничего не разделяет. Подобие, стало быть, работает лишь покуда допускается второе начало, которое учение отрицает.
Третье, и главное. Пространство ничего не знает. Между пространством горшка и великим пространством нет разницы в знании, ибо ни то ни другое не знает ничего; и потому подобие бессильно объяснить именно то, ради чего приведено. Душа же от Него отличается знанием: я не знаю твоей боли, а Он знает боль всех. Уподобляя знающего неведающему, доказать ничего нельзя.
Прибавлю четвёртое, житейское. Если разница только в стенках горшка, то разбить их — дело простое; а между тем книга сама только что говорила, что три условия освобождения духсадхани, «трудноисполнимы» (4.81). Стенки, которых нет, отчего-то не поддаются.