उपनिषद् · Annapūrṇā 5.96
॥
देवनागरी
वाचामतीतविषयो विषयाशादशोज्झितः । परानन्दरसाक्षुब्धो रमते स्वात्मनात्मनि
लिप्यंतरण (IAST)
vācāmatītaviṣayo viṣayāśādaśojjhitaḥ | parānandarasākṣubdho ramate svātmanātmani
शब्दशः अर्थ
संस्कृतIASTअर्थ
वाचाम् अतीत-विषयःvācām atīta-viṣayaḥпредмет, запредельный речам
विषय-आशा-दशा-उज्झितःviṣaya-āśā-daśā-ujjhitaḥоставивший состояние надежды на предметы
पर-आनन्द-रस-अ-क्षुब्धःpara-ānanda-rasa-a-kṣubdhaḥневозмутимый вкусом высшего блаженства
रमते स्व-आत्मना आत्मनिramate sva-ātmanā ātmaniнаслаждается собою в себе
अनुवाद
«Запредельный речам, оставивший надежду на предметы, невозмутимый вкусом высшего блаженства, — он наслаждается собою в себе».
संस्करण
704058e97bb8 · प्रकाशित 3 अग॰ 2026, 2:37:28 am UTC
उपलब्ध भाषाएँRUश्लोक बदलें इन कुंजियों से
Появляется слово раса, «вкус», и это в такой книге редкость, потому что оно принадлежит не философии, а поэтике и богословию любви.
Раса есть то, что чувствуют, вкушая: не отвлечённое довольство, а вкус, у которого есть свойство. Соединено оно тут с парананда, «высшим блаженством»; и вышло выражение, требующее вкушающего, ибо вкус без того, кто вкушает, есть слово впустую.
Замечу и глагол: рамате, «наслаждается, играет, находит отраду». Он того же корня, что имя Рама, и означает не покой, а радование; и это опять не то слово, каким описывают отсутствие всего.
Вайшнавское чтение на слове раса стои́т так прочно, что и объяснять долго не надо. Наши книги начинаются с того, что «Он есть раса» (Тайттирия 2.7.1), и всё богословие любви развито из этого одного слова. Здесь оно поставлено в стих о полном одиночестве, и в этом соединении есть что-то невольно противоречивое: вкушают ведь всегда что-то, и вкушающий один, без вкушаемого, есть положение, которого язык не выдерживает.