«Махабхарата» названа «великим знанием» (mahaj jñānam), утвердившимся во всех трёх мирах и бережно хранимым брахманами — и в подробном, и в сжатом виде. Это указывает на её надмирную природу: истина не привязана к одному пересказу или объёму. Она «украшена прекрасными словами» и размерами, но красота слога — не самоцель, а одеяние смысла, делающее священное знание привлекательным для сердца. И она «дорога учёным» (viduṣāṃ priyam): люди, наделённые различением, дорожат ею не за внешнее, а за то, что она ведёт к Господу. Знание (jñāna) здесь — не сухое умозрение и не безличное созерцание, а ведение, увенчиваемое преданностью; именно поэтому оно «великое».