Упанишады · Yogakuṇḍalinī 2.29
॥
Деванагари
स्नुहिपत्रनिभं शस्त्रं सुतीक्ष्णं स्निग्धनिर्मलम् । समादाय ततस्तेन रोममात्रं समुच्छिनेत्
Транслитерация (IAST)
snuhipatranibhaṃ śastraṃ sutīkṣṇaṃ snigdhanirmalam | samādāya tatastena romamātraṃ samucchinet
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
स्नुहि-पत्र-निभं शस्त्रंsnuhi-patra-nibhaṃ śastraṃнож, подобный листу молочая
सु-तीक्ष्णं स्निग्ध-निर्मलम्su-tīkṣṇaṃ snigdha-nirmalamвесьма острый, гладкий, чистый
समादाय ततः तेनsamādāya tataḥ tenaвзяв, затем им
रोम-मात्रं समुच्छिनेत्roma-mātraṃ samucchinetна волос да отсечёт
Литературный перевод
«Взяв нож, подобный листу молочая, весьма острый, гладкий и чистый, — им да отсечёт на волос».
Версия
930737fc0711 · опубликовано 12 авг. 2026 г., 05:00:00 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Вот описание, о котором было сказано наперёд при чтении двадцать восьмой строки: режут уздечку языка, и режут на волос за раз. Повторять сказанное не буду; повторю лишь вывод: этого делать не надо, и мы этого не принимаем. Скажу здесь о другом — о том, что видно в самом описании и что делает его страшным именно своею деловитостью.
Нож описан подробно: формою как лист молочая, сутикшна, «весьма острый», снигдха, «гладкий», нирмала, «чистый». Три требования, и все три разумные: тупой нож рвёт, шершавый цепляет, грязный заражает. То есть перед нами предосторожности хирурга; и человек, писавший это, заботился о том, чтобы не занести грязи. Забота эта делает честь его наблюдательности и не делает чести самому делу.
Вот тут и лежит то, что стоит запомнить из всего этого места. Тщательность в исполнении дурного дела не делает его добрым. Нож можно отточить и вымыть; вопрос не в ноже. Вайшнавская сторона в оценке дел держится того же правила и повторяет его постоянно: судят не по усердию, а по тому, что делается. Гита говорит о подвижничестве, совершаемом «с самоистязанием» и «ради вреда другому», и называет его тёмным (17.19) — при всяком усердии и при всякой тщательности.