उपनिषद् · Tejobindu 1.47
॥
देवनागरी
निमिषार्धं न तिष्ठन्ति वृत्तिं ब्रह्ममयीं विना । यथा तिष्ठन्ति ब्रह्माद्याः सनकाद्याः शुकादयः
लिप्यंतरण (IAST)
nimiṣārdhaṃ na tiṣṭhanti vṛttiṃ brahmamayīṃ vinā | yathā tiṣṭhanti brahmādyāḥ sanakādyāḥ śukādayaḥ
शब्दशः अर्थ
संस्कृतIASTअर्थ
निमिष-अर्धं न तिष्ठन्तिnimiṣa-ardhaṃ na tiṣṭhantiи на полмгновения не пребывают
वृत्तिं ब्रह्म-मयीं विनाvṛttiṃ brahma-mayīṃ vināбез мысли, состоящей из Брахмана
यथा तिष्ठन्ति ब्रह्माद्याःyathā tiṣṭhanti brahmādyāḥкак пребывают Брахма и прочие
सनकाद्याः शुकादयःsanakādyāḥ śukādayaḥСанака и прочие, Шука и прочие
अनुवाद
Ни на полмгновения не остаются они без мысли, состоящей из Брахмана, — как пребывают Брахма и подобные ему, Санака и подобные ему, Шука и подобные ему.
संस्करण
12e83e3996af · प्रकाशित 2 अग॰ 2026, 4:04:08 am UTC
उपलब्ध भाषाएँRUश्लोक बदलें इन कुंजियों से
После двух суровых стихов — образцы. И образцы названы **поимённо**, что для упанишады редкость и очень ценно.
**Брахма** — творец, первый из живущих. **Санака и его братья** — четверо мудрецов, рождённых из ума Брахмы, вечно юные. **Шука** — сын Вьясы, тот, кто поведал Бхагаватам царю Парикшиту за семь дней до его смерти.
Мерка их совершенства дана не в терминах, а во времени: **не остаются без этой мысли и на полмгновения**.
Примечательно, кого выбрала книга. Все трое **наши**, все трое в вайшнавском предании стоя́т в самом начале.
Про Кумаров — Санаку и братьев — Бхагаватам рассказывает то, что решает спор о «безличном совершенстве»: они были *атмарама*, «довольные в себе», не желавшие ничего, и **перестали быть только такими**, когда услышали запах туласи с лотосных стоп Господа. Тогда «их ум и глаза обратились к Нему» (3.15.43). То есть даже вершина внутреннего покоя оказалась не последней ступенью.
Про Шуку то же и ещё определённее: он был совершенен и безразличен ко всему — и **всё же был пленён** играми Господа (1.7.10, знаменитый стих *атмарама-ча мунайо*).
Вот почему мы читаем эту книгу с уважением и без страха: её собственные образцы дошли дальше, чем её собственный язык.