Упанишады · Varāha 2.51
॥
Деванагари
एवं मयि चिदाकाशे जीवेशौ परिकल्पितौ । या च प्रागात्मनो माया तथान्ते च तिरस्कृता
Транслитерация (IAST)
evaṃ mayi cidākāśe jīveśau parikalpitau | yā ca prāgātmano māyā tathānte ca tiraskṛtā
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
एवं मयि चित्-आकाशेevaṃ mayi cit-ākāśeтак во мне, пространстве сознания
जीव-ईशौ परिकल्पितौjīva-īśau parikalpitauживое существо и владыка измышлены
या च प्राक् आत्मनः मायाyā ca prāk ātmanaḥ māyāи какая прежде у самости майя
तथा अन्ते च तिरस्कृताtathā ante ca tiraskṛtāтак и в конце устранена
Литературный перевод
«Так во мне, пространстве сознания, измышлены живое существо и владыка; и какая была прежде у самости майя, та и в конце устранена».
Версия
4d02e0faeed8 · опубликовано 12 авг. 2026 г., 05:00:00 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Сказано дживешау парикальпитау, «живое существо и владыка измышлены». То есть и душа, и Бог названы измышлением; и о слове парикальпита, «измышленное», говорилось при чтении Джабала-даршаны (4.59). Стоит разобрать это положение, ибо оно есть предел недвойственного учения и разбирать его надо честно.
Построение таково: есть чистое сознание; в нём, как в пространстве, кажутся перегородки; из перегородок получаются «я» и «Он»; убери перегородки — не останется ни того, ни другого. Построение стройно. Возражение наше то же, что и прежде, и повторим его в третий раз, ибо оно тут решает: чьё измышление? Если измышляет чистое сознание — то оно измышляет и потому не чисто.
Если измышляет душа — но душа сама объявлена измышлением; измышление не может измышлять. Если измышляет третье — недвойственности больше нет. Возражение это есть ашрая-анупапатти Рамануджи, о котором говорилось при чтении Джабала-даршаны (4.63) и Панчабрахмы (33).
Прибавим и то, что стоит отметить особо в этом стихе. Он стоит через пять строк после того, где велено помышлять о Нём и говорить о Нём с другими (2.46). Если Владыка измышлен, то и разговор о Нём есть разговор о выдумке; и стих 2.46 обращается в упражнение для неспособных.
Вайшнавская сторона такого чтения не принимает по правилу, о котором говорилось при чтении Ганапати (2.2): толкование, которому приходится объявлять часть книги условною, объясняет книгу хуже того, которому не приходится.