Упанишады · Varāha 5.10
॥
Деванагари
मृदुमध्यममन्त्रेषु क्रमान्मन्त्रं लयं हठम् । लयमन्त्रहठा योगा योगो ह्यष्टाङ्गसंयुतः
Транслитерация (IAST)
mṛdumadhyamamantreṣu kramānmantraṃ layaṃ haṭham | layamantrahaṭhā yogā yogo hyaṣṭāṅgasaṃyutaḥ
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
मृदु-मध्यम-मन्त्रेषुmṛdu-madhyama-mantreṣuпри мягких, средних и мантровых
क्रमात् मन्त्रं लयं हठम्kramāt mantraṃ layaṃ haṭhamпо порядку — мантра, лайя, хатха
लय-मन्त्र-हठाः योगाःlaya-mantra-haṭhāḥ yogāḥлайя, мантра и хатха — йоги
योगः हि अष्ट-अङ्ग-संयुतःyogaḥ hi aṣṭa-aṅga-saṃyutaḥйога же соединена с восемью членами
Литературный перевод
«По порядку [для людей] мягких, средних [и сильных] — мантра, лайя, хатха; лайя, мантра и хатха суть йоги; йога же соединена с восемью членами».
Версия
1084305e7d5a · опубликовано 12 авг. 2026 г., 05:00:00 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Названы три рода йоги, и стоит их различить, ибо деление это в позднейших книгах основное. Мантра-йога — работа со словом: повторение. Лайя-йога — работа с растворением: внутренний гул, о котором говорит конец этой главы.
Хатха-йога — работа с телом и дыханием. Стоит отметить, по какому признаку они розданы: мриду, мадхьяма и (подразумеваемый) адхиматра — «мягкий, средний, сильный». То есть род занятия назначается по силе человека, а не по вкусу и не по достоинству учения.
Правило это разумно и в вайшнавском обиходе тоже есть, хотя выражено иначе: она различает адхикара, «право, пригодность», и не даёт всякому всего. Прибавим, однако, и то, где она с этим делением расходится. Здесь мантра отдана слабейшим: повторение имени назначено тем, кто не годен ни для тела, ни для растворения.
Её счёт обратный, и основание его — Бхагаватам 12.3.51: калер доша-нидхе раджанн асти хй эко махан гунах; киртанад эва кришнасья мукта-сангах парам враджет. Перевод: «в Кали, вместилище пороков, есть одно великое достоинство: одним лишь воспеванием Кришны освобождается человек и идёт к высшему». То есть повторение имени поставлено не низшим средством для слабых, а главным средством для всех; и слабость века названа причиною не ущерба, а преимущества.