सः होवाच गार्ग्यः यः एव अयम् आदर्शे पुरुषः एतम् एव अहम् ब्रह्म उपास इति सः होवाच अजातशत्रुः मा म एतस्मिन् संवदिष्ठाः रोचिष्णुः इति वै अहम् एतम् उपास इति सः यः एतम् एवम् उपास्ते रोचिष्णुः ह भवति रोचिष्णुः ह अस्य प्रजा भवति अथो यैः संनिगच्छति सर्वान् तान् अतिरोचते
saḥ hovāca gārgyaḥ yaḥ eva ayam ādarśe puruṣaḥ etam eva aham brahma upāsa iti saḥ hovāca ajātaśatruḥ mā ma etasmin saṃvadiṣṭhāḥ rociṣṇuḥ iti vai aham etam upāsa iti saḥ yaḥ etam evam upāste rociṣṇuḥ ha bhavati rociṣṇuḥ ha asya prajā bhavati atho yaiḥ saṃnigacchati sarvān tān atirocate
Гаргья сказал: «Пурушу, что в зеркале, — его я чту как Брахмана». Аджаташатру ответил: «Не говори мне о нём! Я чту его как Блистающего». Кто чтит его так — становится блистающим, и потомство его блистает, и всех, с кем сходится, он затмевает блеском.
ca8e14396aff · опубликовано 27 июл. 2026 г., 00:50:55 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Восьмой адрес — зеркало, чин — rociṣṇu, «Блистающий». Пуруша в зеркале нам памятен: на нём споткнулся Вирочана, приняв отражение за Атмана (ЧхУ 8.8). Гаргья не делает той грубой ошибки — он чтит не образ, а светящееся начало в зеркальности; и всё же остаётся в ряду частичного.
Плод хорош и опасен разом: «всех затмевает блеском» — почитание блеска даёт блеск, заметность, превосходство в собраниях. Сколько религиозной жизни живёт этой наградой! Царь и её впишет в счёт — и предъявит итог: сумма блеска не есть Свет.