पृथिवी एव यस्य आयतनम् अग्निः लोकः मनः ज्योतिः यः वै तं पुरुषम् विद्यात् सर्वस्यात्मनः परायणम् सः वै वेदिता स्यात् याज्ञवल्क्य वेद वा अहं तं पुरुषम् सर्वस्यात्मनः परायणम् यम् आत्थ यः एव अयम् शारीरः पुरुषः सः एषः वदैव शाकल्य तस्य का देवता इति अमृतम् इति ह उवाच
pṛthivī eva yasya āyatanam agniḥ lokaḥ manaḥ jyotiḥ yaḥ vai taṃ puruṣam vidyāt sarvasyātmanaḥ parāyaṇam saḥ vai veditā syāt yājñavalkya veda vā ahaṃ taṃ puruṣam sarvasyātmanaḥ parāyaṇam yam āttha yaḥ eva ayam śārīraḥ puruṣaḥ saḥ eṣaḥ vadaiva śākalya tasya kā devatā iti amṛtam iti ha uvāca
«Кто знает того пурушу, чья обитель — земля, мир — огонь, свет — ум, последнее прибежище всякого Атмана, — тот воистину знаток, Яджнявалкья!» — «Знаю я того пурушу, о котором говоришь, — последнее прибежище всякого Атмана: это телесный пуруша. Говори дальше, Шакалья: кто его божество?» — «Бессмертное», — сказал он.
41b8f1fb6678 · опубликовано 27 июл. 2026 г., 01:06:37 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Шакалья меняет тактику: проиграв счёт, он начинает серию заготовленных формул-ловушек: «чья обитель — земля, мир — огонь, свет — ум…» — «знаешь такого пурушу?» Расчёт на то, что противник запнётся в паутине косвенных определений. Яджнявалкья не запинается ни разу: «знаю: это телесный пуруша» — и всякий раз наносит встречный удар: «а кто его божество?» (kā devatā — какова его высшая точка, куда он впадает?).
Так строится вся серия из восьми раундов: Шакалья описывает пурушу по обители — Яджнявалкья опознаёт его и требует назвать вершину. Здесь, в первом раунде, телесный пуруша (плоть из земли, согретая огнём пищеварения, освещённая умом) возводится к «Бессмертному»: смертное тело впадает в бессмертие — амрита, сущность пищи, из которой плоть. Начался последний, самый опасный поединок ночи.