सः यथा आर्द्रैधाग्नेः अभ्याहितात् पृथक् धूमाः विनिश्चरन्ति एव वा अरे अस्य महतः भूतस्य निःश्वसितम् एतत् यद् ऋग्वेदः यजुर्वेदः सामवेदः अथर्वाङ्गिरसः इतिहासः पुराणम् विद्याः उपनिषदः श्लोकाः सूत्राणि अनुव्याख्यानानि व्याख्यानानि अस्य एव एतानि निश्वसितानि
saḥ yathā ārdraidhāgneḥ abhyāhitāt pṛthak dhūmāḥ viniścaranti eva vā are asya mahataḥ bhūtasya niḥśvasitam etat yad ṛgvedaḥ yajurvedaḥ sāmavedaḥ atharvāṅgirasaḥ itihāsaḥ purāṇam vidyāḥ upaniṣadaḥ ślokāḥ sūtrāṇi anuvyākhyānāni vyākhyānāni asya eva etāni niśvasitāni
как из огня, разожжённого сырыми дровами, расходятся клубы дыма, — так, о дорогая, выдохом этого великого Существа стали Ригведа, Яджурведа, Самаведа, Атхарвангирасы, итихасы, пураны, науки, упанишады, стихи, сутры, разъяснения и толкования: всё это — Его выдохи.
e29fb995181d · опубликовано 27 июл. 2026 г., 00:54:37 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Четвёртый образ — дым от костра из сырых дров: клубы валят сами, без усилия огня, — так из «великого Существа» (mahad bhūtam) выдохнулось всё священное знание: четыре Веды, эпос, пураны, науки, упанишады, сутры, толкования. Niḥśvasitam — «выдох»: Веда не сочинена и даже не «изречена» с усилием — она дыхание Бога, естественная, как пар дыхания в холодное утро.
Стих этот — опора всего учения об апаурушея, несотворённости Веды, и вместе с тем самое интимное о ней слово: писание — не гранитная скрижаль, а тёплый выдох Живого; читающий Веду дышит воздухом, вышедшим из Его груди. И заметим широту списка: не только гимны — итихасы и пураны, стихи и толкования; всё, что честно служит истине, — из того же дыхания. Бхагаватам скажет о себе теми же правами: зрелый плод того же древа Вед.