Упанишады · Mahā 3.22
॥
Деванагари
यां यामहं मुनिश्रेष्ठ संश्रयामि गुणश्रियम् तां तां कृन्तति मे तृष्णा तन्त्रीमिव कुमूषिका
Транслитерация (IAST)
yāṃ yāmahaṃ muniśreṣṭha saṃśrayāmi guṇaśriyam tāṃ tāṃ kṛntati me tṛṣṇā tantrīmiva kumūṣikā
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
याम् याम् अहम् मुनि-श्रेष्ठyām yām aham muni-śreṣṭhaкакое бы, о лучший из мудрецов; за какое бы, о первый средь молчальников
संश्रयामि गुण-श्रियम्saṃśrayāmi guṇa-śriyamбогатство достоинств я обретаю; достояние добродетелей я ни принял
ताम् ताम् कृन्तति मे तृष्णाtām tām kṛntati me tṛṣṇāто и то перегрызает моя жажда; всякое такое перегрызает моя алчба
तन्त्रीम् इव कुमूषिकाtantrīm iva kumūṣikāкак злая мышь — струну; точно скверная мышь — тетиву
Литературный перевод
«Какое бы богатство достоинств я ни обрёл, о лучший из мудрецов, всякое перегрызает моя жажда — как злая мышь струну».
Версия
2641a594c8c9 · опубликовано 29 июл. 2026 г., 06:29:20 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Образ домашний и оттого убедительный: мышь и струна.
Мышь не ест струну — ей она не нужна. Она перегрызает её походя, потому что грызёт всё подряд. И инструмент замолкает.
Так же и жажда: она не покушается на добродетели нарочно. Она просто перепиливает всё, что человек в себе выстроил, — терпение, воздержание, ровность, — потому что не может иначе.
Замечу слово guṇa-śrī — «богатство достоинств». Нидагха не отрицает, что оно у него набирается. Он говорит, что оно не держится.
В этом и беда, о которой стои́т подумать всякому, кто трудится над собой: усилия не пропадают от одного большого падения. Они истачиваются мелкой непрерывной работой алчбы.