Упанишады · Mahā 3.57
॥
Деванагари
नो चेन्मौनं समास्थाय निर्मानो गतमत्सरः भावयन्मनसा विष्णुं लिपिकर्मार्पितोपमः
Транслитерация (IAST)
no cenmaunaṃ samāsthāya nirmāno gatamatsaraḥ bhāvayanmanasā viṣṇuṃ lipikarmārpitopamaḥ
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
नो चेत् मौनम् समास्थायno cet maunam samāsthāyaесли же нет — приняв безмолвие; а иначе — утвердившись в молчании
निर्मानः गत-मत्सरःnirmānaḥ gata-matsaraḥбез гордыни, без зависти; без спеси, оставив недоброжелательство
भावयन् मनसा विष्णुम्bhāvayan manasā viṣṇumсозерцая умом Вишну; помышляя сознанием о Вишну
लिपि-कर्म-अर्पित-उपमःlipi-karma-arpita-upamaḥподобный выведенному письменами; точно изображение, нанесённое кистью
Литературный перевод
«А если нет — то, приняв безмолвие, без гордыни и без зависти, созерцая умом Вишну, я стану подобен нарисованному».
Версия
0276d67a79dc · опубликовано 29 июл. 2026 г., 06:29:20 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Последний стих главы, и в нём — та развязка, к которой всё шло, хотя предвидеть её было трудно.
После пятидесяти шести стихов о тлении, жажде, теле и смерти Нидагха говорит, что́ он сделает, если наставник не разбудит его: bhāvayan manasā viṣṇum — «созерцая умом Вишну».
Вот куда выводит вся эта опись мира. Не в пустоту и не в оцепенение, а к имени.
Это первое имя Всевышнего в третьей адхьяе и первое положительное прибежище, названное Нидагхой.
Три условия при нём: mauna — безмолвие, nirmāna — отсутствие гордыни, gata-matsara — отсутствие зависти. Те же три, что стояли в перечне признаков освобождённого во второй главе (2.50).
И последний образ: lipi-karma-arpita-upama — «подобный изображению, нанесённому кистью». Нарисованный человек не движется, ничего не хочет и ни на что не отзывается; и при этом он есть и на что-то смотрит.
Замечу, чем кончилась глава по существу. Юноша перебрал весь мир и не нашёл в нём опоры; и, не найдя, назвал Вишну и замолчал. В следующей адхьяе ему ответит Рибху.