सः यः एवम् एतत् यज्ञायज्ञीयम् अङ्गेषु प्रोतं वेद अङ्गी भवति न अङ्गेन विहूर्छति सर्वम् आयुः एति ज्योक् जीवति महान् प्रजया पशुभिः भवति महान् कीर्त्या संवत्सरम् मज्ज्ञः न अश्नीयात् तत् व्रतम् मज्ज्ञः न अश्नीयात् इति वा
saḥ yaḥ evam etat yajñāyajñīyam aṅgeṣu protaṃ veda aṅgī bhavati na aṅgena vihūrchati sarvam āyuḥ eti jyok jīvati mahān prajayā paśubhiḥ bhavati mahān kīrtyā saṃvatsaram majjñaḥ na aśnīyāt tat vratam majjñaḥ na aśnīyāt iti vā
Кто так знает этот яджнаяджния, протканный в членах, — становится целочленным, не хромеет ни единым членом, достигает полного века, живёт светло, велик потомством и скотом, велик славою. Да не ест он год костного мозга — таков обет; или же: да не ест мозга вовсе.
e4dce199993d · опубликовано 26 июл. 2026 г., 22:44:39 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Плод телесного самана: aṅgī bhavati — «становится целочленным», nāṅgena vihūrchati — «не спотыкается ни членом»: целость тела — награда чтущему тело как напев: инструмент, который чтут, не расстраивается.
Обет — щадить каданс: saṁvatsaraṁ majjño nāśnīyāt — «год не есть [костного] мозга» (мозг — нидхана телесного самана!): не поедай завершения песни; и строгая редакция: «или вовсе не есть». Логика обетов серии доведена до тела: то, в чём узнан свой глубинный такт, не употребляют в пищу бездумно: благоговение меняет даже стол. Тело, понятое как жертвенный саман, охраняет себя само — обетом чтущего.