ध्यानं वाव चित्तात् भूयः ध्यायति इव पृथिवी ध्यायति इव अन्तरिक्षम् ध्यायति इव द्यौः ध्यायन्ति इव आपः ध्यायन्ति इव पर्वताः ध्यायन्ति इव देवमनुष्याः तस्मात् ये इह मनुष्याणाम् महत्ताम् प्राप्नुवन्ति ध्यानापादांशाः इव एव ते भवन्ति अथ ये अल्पाः कलहिनः पिशुनाः उपवादिनः ते अथ ये प्रभवः ध्यानापादांशाः इव एव ते भवन्ति ध्यानम् उपास्स्व इति
dhyānaṃ vāva cittāt bhūyaḥ dhyāyati iva pṛthivī dhyāyati iva antarikṣam dhyāyati iva dyauḥ dhyāyanti iva āpaḥ dhyāyanti iva parvatāḥ dhyāyanti iva devamanuṣyāḥ tasmāt ye iha manuṣyāṇām mahattām prāpnuvanti dhyānāpādāṃśāḥ iva eva te bhavanti atha ye alpāḥ kalahinaḥ piśunāḥ upavādinaḥ te atha ye prabhavaḥ dhyānāpādāṃśāḥ iva eva te bhavanti dhyānam upāssva iti
«Созерцание больше мысли. Земля словно созерцает; пространство словно созерцает; небо словно созерцает; воды словно созерцают; горы словно созерцают; боги и люди словно созерцают. Потому те из людей, кто достигает величия, — словно причастны созерцанию. Малые — вздорны, злоязычны, хулители; великие же — словно причастны созерцанию. Почитай созерцание».
db60fdb1fab0 · опубликовано 26 июл. 2026 г., 23:44:07 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Шестая ступень: dhyāna, созерцание — мысль, ставшая устойчивым током к одному. И довод избран поразительный: покой великого. Земля, небо, горы «словно созерцают» (dhyāyatīva) — их величавая неподвижность похожа на глубокую сосредоточенность; и люди величия несут ту же печать: тишину собранной силы. А мелкость выдаёт себя шумом: «вздорны, злоязычны, хулители» — рассеянность сварлива.
Диагностика безошибочная и поныне: глубина молчалива, пустота говорлива. Кто хочет узнать меру человека — смотри не на слова его, а на качество его тишины. И расти в величии — значит учиться у гор: держать одну мысль долго, как они держат небо. Дхьяна — не упражнение среди прочих, а сама осанка величия; Гита назовёт устойчивое созерцание признаком той мудрости, что «стоит» (sthita-prajñā, БГ 2.55–58).