तत् ह उभये देवासुराः अनुबुबुधिरे ते ह ऊचुः हन्त तम् आत्मानम् अन्वेच्छामः यम् आत्मानम् अन्विष्य सर्वांश् च लोकान् आप्नोति सर्वांश् च कामान् इति इन्द्रः ह एव देवानाम् अभिप्रवव्राज विरोचनः असुराणाम् तौ ह असंविदानौ एव समित्पाणी प्रजापतिसकाशम् आजग्मतुः
tat ha ubhaye devāsurāḥ anububudhire te ha ūcuḥ hanta tam ātmānam anvecchāmaḥ yam ātmānam anviṣya sarvāṃś ca lokān āpnoti sarvāṃś ca kāmān iti indraḥ ha eva devānām abhipravavrāja virocanaḥ asurāṇām tau ha asaṃvidānau eva samitpāṇī prajāpatisakāśam ājagmatuḥ
Услышали то и боги, и асуры. Они сказали: «Что ж! Будем искать того Атмана, отыскав которого обретают все миры и все желания». Индра отправился от богов, Вирочана — от асуров. И, не сговариваясь, оба с дровами в руках пришли к Праджапати.
ecc3cec05ca2 · опубликовано 26 июл. 2026 г., 23:52:58 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Отклик на манифест: оба стана — боги и асуры, вечные соперники, — снаряжают по посланцу, каждый лучшего: Индру, царя богов, и Вирочану, царя асуров. Дивная деталь: asaṁvidānau — «не сговариваясь» — оба пришли одинаково, samit-pāṇī, «с дровами в руках»: даже владыки миров подходят к знанию только в положении учеников (тот же жест — у шести домохозяев перед Ашвапати, 5.11.7).
Мотив обоих пока одинаков и одинаково небескорыстен: «все миры и все желания». Упанишада не требует чистых мотивов на старте — она принимает искателей с той жаждой, какая есть, и дальше всё решит не мотив, а способность не удовлетвориться малым. В этом и будет вся разница между Индрой и Вирочаной: не в старте — в том, кто где остановится.