तौ ह प्रजापतिः उवाच यः एषः अक्षिणि पुरुषः दृश्यते एषः आत्मा इति ह उवाच एतत् अमृतम् अभयम् एतत् ब्रह्म इति अथ यः अयम् भगवः अप्सु परिख्यायते यः च अयम् आदर्शे कतमः एषः इति एषः उ एव एषु सर्वेषु अन्तेषु परिख्यायते इति ह उवाच
tau ha prajāpatiḥ uvāca yaḥ eṣaḥ akṣiṇi puruṣaḥ dṛśyate eṣaḥ ātmā iti ha uvāca etat amṛtam abhayam etat brahma iti atha yaḥ ayam bhagavaḥ apsu parikhyāyate yaḥ ca ayam ādarśe katamaḥ eṣaḥ iti eṣaḥ u eva eṣu sarveṣu anteṣu parikhyāyate iti ha uvāca
Праджапати сказал им: «Пуруша, которого видно в глазу, — это Атман. Это бессмертное, бесстрашное, это Брахман». — «А тот, почтенный, кого видно в воде, и тот, что в зеркале, — кто он?» — «Он же и виден во всех этих пределах», — ответил он.
801b471c7aaa · опубликовано 26 июл. 2026 г., 23:52:58 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Первый урок — намеренно двусмысленный: «Пуруша, которого видно в глазу, — это Атман». Мы знаем верный смысл этих слов: так Ашвапати говорил об узревающем внутри (4.15.1) — о Смотрящем в оке. Но ученики слышат иначе: «видно в глазу» — значит отражение! И встречный вопрос выдаёт их слух: «а тот, кого видно в воде и в зеркале, — кто?» Они спрашивают об отражениях — учитель отвечает без лжи, но и без поправки: «он же виден во всех этих пределах». Истинно: Атман — тот, кто выглядывает и из глаза, и из всякого зеркала; но ученики поняли: «Атман — это моё отражение».
Праджапати не обманывает — он испытывает: даёт истину в оболочке, которую каждый вскроет по своей глубине. Так учит и жизнь, так учат писания: одна и та же строка открывает разным читателям разное — по их зрелости. Урок о зеркале — зеркало самого ученика; сейчас оба посмотрят в чашу с водой, и каждый увидит там… себя — в том самом смысле, в каком готов.