Упанишады · Chāndogya 5,19.1
॥
Деванагари
तत् यत् भक्तम् प्रथमम् आगच्छेत् तत् होमीयम् सः याम् प्रथमाम् आहुतिम् जुहुयात् ताम् जुहुयात् प्राणाय स्वाहा इति प्राणः तृप्यति
Транслитерация (IAST)
tat yat bhaktam prathamam āgacchet tat homīyam saḥ yām prathamām āhutim juhuyāt tām juhuyāt prāṇāya svāhā iti prāṇaḥ tṛpyati
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
तत्tatто; это
यत्yatкоторый; то, что
भक्तम्bhaktamпища (bhakta — «доля, кушанье»); кушанье; доля еды
प्रथमम्prathamamпервая (prathama); первым делом; первою
आगच्छेत्āgacchetпридёт (оптатив от ā + √gam); поступит; явится
तत्tatто; это
होमीयम्homīyamгодна для жертвы (homīya — «пригодное к хоме»); жертвопригодна; для возлияния
सःsaḥон; тот
याम्yāmкоторую; ту
प्रथमाम्prathamāmпервую; начальную
आहुतिम्āhutimвозлияние (āhuti); подношение; жертву
जुहुयात्juhuyātпусть принесёт (оптатив от √hu); да возольёт; пусть пожертвует
ताम्tāmеё; ту
जुहुयात्juhuyātпусть принесёт (оптатив от √hu); да возольёт; пусть пожертвует
प्राणायprāṇāyaпране (дат. от prāṇa); дыханию; пране
स्वाहाsvāhāсваха; жертвенное возглашение
इतिitiтак; как
प्राणःprāṇaḥпрана; жизненное дыхание
तृप्यतिtṛpyatiнасыщается (от √tṛp — «удовлетворяться»); удовлетворяется; утоляется
Литературный перевод
Потому первая пища, что придёт к человеку, годна для жертвы. Первое возлияние пусть он принесёт со словами: «Пране — сваха!» Тогда насыщается прана.
Версия
80143b63dd2e · опубликовано 26 июл. 2026 г., 23:33:32 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Из Вайшванара-видьи выводится практика — prāṇāgnihotra, огненная жертва в собственном дыхании. Если сердце, ум и уста человека — три жертвенных огня Вайшванары (5.18.2), то и обычная трапеза может стать агнихотрой: первая горсть пищи — не еда, а возлияние, и приносится с ведийским возгласом: prāṇāya svāhā — «Пране — сваха!»
Так замыкается длинная дуга главы: прана, признанная царём всех сил (5.1), получает наконец своё регулярное богослужение — за каждым обедом. Никакого нового алтаря строить не надо: стол уже алтарь, рот уже ахавания. Религия здесь достигает той зрелости, где она не отгорожена от жизни, а совершается самой жизнью: кто ест с этим возгласом в сердце, у того не бывает «просто еды» — есть только жертва и её милостивый остаток.